Интервью с украинским режиссером Николаем Засеев-Руденко: "Моргунов научил попугая ругаться, а кота пить пиво"
Режиссер. Принял журналистов "Сегодня" в своем кабинете на киностудии Довженко." Украинский режиссер рассказал, как из-за девушки Леонид Гайдай разругался с Бывалым, из-за чего на съемках приходилось держать за ноги Николая Рыбникова и как Василий Лановой испугался национализма в
Режиссер. Принял журналистов "Сегодня" в своем кабинете на киностудии Довженко."
Украинский режиссер рассказал, как из-за девушки Леонид Гайдай разругался с Бывалым, из-за чего на съемках приходилось держать за ноги Николая Рыбникова и как Василий Лановой испугался национализма в "Черной раде"
— Николай Викторович, когда мы с фотокором получали пропуска на проходной киностудии Довженко, девочки аккуратно так предупредили, что вы человек. специфический. Что они имели в виду? — Вот же девчата, змеюки подколодные (смеется). У меня просто есть грех — люблю крепкое словцо. Ну а что — кто из нас не без греха? Кто-то по женщинам ударяет, кто-то спивается. А я вот ругаюсь. И знаешь, может, благодаря этому и чувствую себя на ура? Мне ведь 82 года, между прочим. Нет, что ни говори, а я в отличной форме. У меня жена Оксана моложе меня на 39 лет. Я готовлюсь снять еще одну картину — "Ревизор" по Гоголю. Многие ли в моем возрасте вообще способны сделать кино? Не думаю. — Вот вы говорили о многих, кто ударял по зеленому змию. А как же вы удерживались от подобного соблазна — в актерской-то компании? — Тяжело было. Все-таки сидеть в компании и не поддерживать ее — это уже из области фантастики. Я же нормальный здоровый мужик. Потому я тоже, конечно, пил. Но, во-первых, знал свою меру, а во-вторых, всегда много работал. А когда работаешь, все остальное уже отходит на второй план. Я же — вдумайтесь только — в кино с 1956 года! С актерами. Любил их всех. — Как режиссер вы дебютировали в кино в 1972-м короткометражкой "Афоня, горим!" с замечательной Тамарой Носовой ("Здравствуйте, я ваша тетя") и Алексеем Смирновым ("Операция "Ы"). Как вы, начинающий режиссер, смогли заполучить в картину таких матерых актеров? — Да все просто было! С Носовой мы тогда жили как гражданские супруги. А с Лешей я давно был в хороших отношениях. Так что попробовали бы они мне отказать! Снимал я "Афоню" в Васильковском районе под Киевом. Там для меня родные места — друзья, родичи, знакомые. И уже много лет спустя, в 1999-м, там же снимал свою "Черную раду". Там же природа, натура — благодать! Все, кто знал, приехали на площадку посмотреть, как "Микола працює". Один подходит и говорит: "Вот смотрю я, сидишь ты на стульчике, актеров к себе подзываешь. И это все? И это ты режиссер? Тю, и я так могу!" (смеется). После "Рады" меня часто спрашивали: "Николай Викторович, а как это вы смогли за каких-то четыре миллиона гривен снять целых 9 серий по 55 минут каждая? С проявкой материала на пленке Kodak в Будапеште?". Я отвечал очень просто: "Деньги не п**дил". — За годы вашей работы в кино кого вы только не сни
Украинский режиссер рассказал, как из-за девушки Леонид Гайдай разругался с Бывалым, из-за чего на съемках приходилось держать за ноги Николая Рыбникова и как Василий Лановой испугался национализма в "Черной раде"
— Николай Викторович, когда мы с фотокором получали пропуска на проходной киностудии Довженко, девочки аккуратно так предупредили, что вы человек. специфический. Что они имели в виду? — Вот же девчата, змеюки подколодные (смеется). У меня просто есть грех — люблю крепкое словцо. Ну а что — кто из нас не без греха? Кто-то по женщинам ударяет, кто-то спивается. А я вот ругаюсь. И знаешь, может, благодаря этому и чувствую себя на ура? Мне ведь 82 года, между прочим. Нет, что ни говори, а я в отличной форме. У меня жена Оксана моложе меня на 39 лет. Я готовлюсь снять еще одну картину — "Ревизор" по Гоголю. Многие ли в моем возрасте вообще способны сделать кино? Не думаю. — Вот вы говорили о многих, кто ударял по зеленому змию. А как же вы удерживались от подобного соблазна — в актерской-то компании? — Тяжело было. Все-таки сидеть в компании и не поддерживать ее — это уже из области фантастики. Я же нормальный здоровый мужик. Потому я тоже, конечно, пил. Но, во-первых, знал свою меру, а во-вторых, всегда много работал. А когда работаешь, все остальное уже отходит на второй план. Я же — вдумайтесь только — в кино с 1956 года! С актерами. Любил их всех. — Как режиссер вы дебютировали в кино в 1972-м короткометражкой "Афоня, горим!" с замечательной Тамарой Носовой ("Здравствуйте, я ваша тетя") и Алексеем Смирновым ("Операция "Ы"). Как вы, начинающий режиссер, смогли заполучить в картину таких матерых актеров? — Да все просто было! С Носовой мы тогда жили как гражданские супруги. А с Лешей я давно был в хороших отношениях. Так что попробовали бы они мне отказать! Снимал я "Афоню" в Васильковском районе под Киевом. Там для меня родные места — друзья, родичи, знакомые. И уже много лет спустя, в 1999-м, там же снимал свою "Черную раду". Там же природа, натура — благодать! Все, кто знал, приехали на площадку посмотреть, как "Микола працює". Один подходит и говорит: "Вот смотрю я, сидишь ты на стульчике, актеров к себе подзываешь. И это все? И это ты режиссер? Тю, и я так могу!" (смеется). После "Рады" меня часто спрашивали: "Николай Викторович, а как это вы смогли за каких-то четыре миллиона гривен снять целых 9 серий по 55 минут каждая? С проявкой материала на пленке Kodak в Будапеште?". Я отвечал очень просто: "Деньги не п**дил". — За годы вашей работы в кино кого вы только не сни
Комментарии
Минимальная длина комментария - 50 знаков. комментарии модерируются
Комментариев еще нет. Вы можете стать первым!
|
|
|
Смотрите также
из категории "Новости разное"
